Название: Потерянный рай. Темная сторона
Автор: Irnerius
Бета: evenover
Категория: general
Рейтинг: G
Герои: Сириус Блэк, Волдеморт, Нарцисса Малфой, Драко Малфой
Саммари: У Сириуса тоже был крестный
Примечания: Читатель, помни о теме!
Дисклаймер: Команда Сириуса Блэка не ставит своей целью извлечение прибыли от использования образов персонажей, созданных Д.К.Роулинг
Фик написан на конкурс "Веселые Старты" по заданию: "В действительности все не так, как на самом деле"
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Хвост: Волдеморт научил его всяким штучкам!
Сириус: Волдеморт? Меня? Штучкам?!
Д.К. Роулинг. “Гарри Поттер и узник Азкабана”
Ясный летний вечер в саду – небольшом ненаносимом убежище посреди маггловского города. Нянька вносит в сад корзину с ребенком. Нарцисса не понимает, что происходит, но по тому, как подобралась Беллатрикс и перестала слушать младшую сестру Андромеда, ей становится ясно, что происходит нечто необычное. Нарцисса даже перестает рассказывать всем желающим исключительно ценную информацию о цвете нарванных лепестков.
Дядя Орион принимает корзину, опускается на колено и протягивает руки, держа в них ребенка.
Узкие бледные ладони принимают малыша из рук отца. Нарцисса вздрагивает: она однажды подсмотрела, как из палочки, зажатой в этих ладонях, вырывается смертоносный луч. Но ребенок спокоен, он даже не проснулся.
Темный Лорд разматывает одеяло и распускает завязки на детской шапочке – он рассматривает принесенный дар. Потом задирает голову, долго высматривает что-то и, наконец, указывает пальцем куда-то в ночное небо.
– Вон она. Я назову его Сириус. Если, конечно, ты не возражаешь, Блэк.
– Мой первенец принадлежит вам, мой господин.
– Хорошо. Можешь встать, Орион. Не пресмыкайся при сыне.
* * *
Пальцы Люциуса нервно сжимают набалдашник трости. Лицо: вежливо-благожелательное. Пальцы Нарциссы дрожат, и лицо, надо полагать, умоляющее. Темный Лорд держит в руках ее сына, а ей кажется, будто он держит ее сердце.
– Так ты хочешь, чтобы я принял его, Люциус?
– Мой первенец принадлежит вам, мой господин.
Нарцисса видит, как Люциус медленно опускается на колено. И сгибает голову. Ниже. Еще ниже. Перед полукровкой.
Темный Лорд касается его плеча, разрешая встать.
– Ты назван в честь звезды*, ведь так? – он подходит к окну, – над нами Созвездие Дракона, Люциус.
* * *
Нарцисса склоняет голову. Плевать, что все видят. Половине из ее низкородных соучеников вообще незнакомо понятие этикета. Пусть думают, что хотят. Если Блэки и кланяются, то делают это открыто. Но что ОН делает в Хогвартсе? И как это вообще может быть? Перед глазами ее появляется рукав, потом она чувствует прикосновение к своим волосам.
Вдруг рука вздрагивает. Нарцисса поднимает глаза и видит, как Сириус обнимает Темного Лорда поперек туловища. Сириусу знакомо понятие этикета. И совершенно безразлично.
– Ты что здесь делаешь? – любопытство и радость в голосе. И капля вызова. И надежда. Его не балуют вниманием с сентября.
– Да так – похоже, ищу работу.
– Ты что же, домовой эльф, чтобы работать? Крестный первенца Блэков – работает. Какой позор для приличной, в общем-то, семьи!
– Я не сказал, что собираюсь работать, – тихо с усмешкой произносит Волдеморт, – а ты, похоже, подстерегал меня, малыш.
– Пришлось. Мама написала. Ты ж понимаешь: она считает, что я должен засвидетельствовать тебе свое почтение.
– Будешь свидетельствовать?
– Обойдешься.
– Да уж, без почтения от гриффиндорцев я обойдусь с легкостью. Грязнокровки! Предатели крови! И Блэк среди них! – мстительно дразнит его Лорд.
Это действительно так похоже на Вальбургу, что Нарцисса смеется. Сириус – тоже, хотя по нему видно, что слова про Гриффиндор задели его. Неудивительно. Нарцисса знает, что Вальбурга не писала сыну с тех пор, как прислала возмущенный вопиллер по поводу его злосчастного распределения.
– Перестань, – вдруг морщится Сириус и делает жест, будто пытается отогнать навязчивое насекомое.
– Уже перестал. Тебя это действительно беспокоит. Глупо.
– Мать беспокоит, – с напускной небрежностью бросает мальчик.
– Ничего. Ей придется это принять.
И Нарцисса понимает, что у тетки Вальбурги, похоже, не будет выбора в том, смириться ли с гриффиндорской сущностью сына.
Потом Волдеморт склоняется к его уху, и Нарцисса не слышит, о чем тот говорит, а разбирает только упоминание Рэйвенкло. Мальчик серьезно кивает. Темный Лорд кладет руку ему на голову, вместо прощания касается плеча Нарциссы и идет дальше по коридору, останавливается перед лестницей в кабинет директора.
Нарциссе кажется, что горгулья косит на Темного Лорда злобным взглядом. Видимо, у Сириуса то же впечатление, потому что он вдруг окликает Волдеморта:
– Крестный! – тот оборачивается, – Будь осторожней с Дамблдором.
– Уж как-нибудь, – иронично смеется Темный Лорд, и видно, что в этот момент он абсолютно счастлив.
Нарцисса тоже. Ведь еще более бледный, чем обычно, с горящими глазами, направленными на дверь, за которой скрылся Темный Лорд, к ней походит Люциус Малфой.
* * *
– Я бы не стал беспокоить тебя по пустякам, Люциус, но ввиду последних событий высказывания юного мистера Малфоя не только не политкорректны, но и могут иметь серьезные последствия. Для него, прежде всего. Да! И минус два балла Слизерину!
Люциус несколько изумленно смотрит на отпрыска, влетевшего через камин в его кабинет посреди учебного года. Объятая зеленым пламенем голова Снейпа в последний раз одаривает Драко возмущенным взглядом и исчезает.
Люциус открывает рот, чтобы прокомментировать ситуацию, но в камине вновь вспыхивает лицо Снейпа и рука тычет пальцем в старшего Малфоя.
– И один из них – с тебя!
Это разряжает обстановку, и с трудом удержавшийся от смеха Люциус напускается на сына чуть мягче, чем обычно.
– Это вопиющая неосторожность, Драко! И глупость!
Драко не возражает в ответ, но по нему видно, что он не согласен.
– Он просто отмалчивается, Люци! – бросает Нарцисса.
Люциус хватает сына за плечи и встряхивает.
– Ну что?! – плаксиво вскрикивает Драко, – За слова про грязнокровок еще никто никого не наказывал! И потом, все считают, что в несчастных случаях виноват Поттер. Если это так, то уж за то, что я покричу немного, мне точно ничего не будет.
– Это не Поттер, – тихо произносит Люциус.
Драко перестает изображать избалованного младенца.
– А… Нет. Этого не может быть, – мотает головой мальчишка и гулко сглатывает.
– Люци?
Люциус смотрит прямо перед собой, не глядя ни на жену, ни на сына.
– И тем не менее, – ровно произносит он.
– Он все-таки вернется, – выдыхает Драко.
– Не совсем он…
– Он вернется, – уверенно утверждает Драко, и за обычным капризным упрямством, которое делает его так похожим на Люциуса и так удручает Нарциссу, проступает спокойная вера.
* * *
Темный Лорд медленно приближается, не отводя волшебную палочку. Сириус вжался в стену и выпятил челюсть. Никто не увидит страх на лице у Блэка. Наконец, он выкидывает правую руку ладонью вперед.
Короткий вскрик от пыточного проклятья.
– И это самое мягкое, что сделает с тобой человек, если поймет, что ты наложил на него проклятье подвластья. Вставай и попробуй еще раз.
– Я заставлю тебя танцевать тарантеллу на глазах у магглов, – цедит Сириус. Он действительно в бешенстве.
Его взгляд падает на сестру, взмах палочкой – Сириус и Лорд исчезают из поля зрения, только пейзаж там, где они стояли, как-то подозрительно похож на контуры растительности в десяти футах к северу.
Заклятье снять не сложно, но кто ж посмеет лезть в разборки Темного Лорда с его любимцем?
* * *
Двери библиотеки распахиваются, и Нарцисса с ужасом видит сына. Драко, изображая, будто он тут вовсе ни при чем, делает пару шагов к книжным полкам и якобы только тогда замечает взрослых. Люциус нехотя представляет его Темному Лорду. Драко, который явно того и добивался, теперь не знает, как себя вести – он с трудом представляет себе, что может склонить голову.
Но этого и не требуется – его взгляд наполнен таким восхищением, что Лорд невольно усмехается и риторически интересуется у Люциуса, не против ли он того, чтобы его господин поговорил с Драко в парке наедине.
Нарцисса наблюдает за ними из окна – репутация Темного Лорда не внушает доверия. Драко возвращается возбужденным, нервным, счастливым.
* * *
– Разумно ли поручать это ребенку, милорд?
– Заткнись, Малфой, – Сириус, как всегда, груб до такой степени, что на него просто невозможно злиться, – я справлюсь не хуже любого другого.
Люциус фыркает, но призвать к порядку наследного принца не решается.
Вальбурга смотрит на Темного Лорда ошарашенно, будто увидев его впервые.
– Но ведь это и не сможет сделать "любой другой"… Вы сами…
– Если он действительно хочет получить метку через полгода, то ему придется. Или, может, ты не хочешь, Сириус? Ты можешь отказаться.
Сириус подходит к сидящему в кресле Волдеморту, опускается на колени и берет его руку. Нарцисса думает, что он поцелует ее, но тот только трется о руку щекой.
– Я сделаю то, что ты хочешь.
Сириус особенно красив в этот момент хрупкой, набирающей мужественность красотой. Нарцисса ловит себя на мысли о том, что так, должно быть, выглядел бы у Престола мильтоновский сатана, не будь он низвергнут.
Улыбку на устах у Темного Лорда она видит в последний раз.
Руки Вальбурги рвут в клочья батистовый платок.
* * *
– Посмотрите на него. Он же белый весь от страха. Весь в отца. Ну ничего. Мы сделаем из тебя настоящего Блэка.
Драко как всегда молчит. Только пульсирует венка на руке между запястьем и указательным пальцем. По ней Нарцисса видит, что мальчик на взводе и вот-вот готов сорваться. И на Беллатрикс, и на Темного Лорда.
– Не смей оскорблять моего мужа и сына.
Темный Лорд, как ни странно, поддерживает Нарциссу:
– Не дави на него, Белла. Ты ведь понимаешь, что я даю тебе шанс, Драко?
– Я все понимаю, милорд. Вы не пожалеете.
Нарцисса прижимает ко рту салфетку. На ней – кровь от прокушенной губы.
* * *
Сириус стоит у залитого дождем окна и смотрит на улицу. Никто из домашних не посмел подойти к нему и задать вопрос. Темного Лорда ожидают к вечеру. И каждый хотел бы знать, на что следует рассчитывать. Нарцисса с мужем приезжают днем. Через два часа Сириус все так же стоит и смотрит на улицу. До появления Темного Лорда остается часа полтора. Люциус на взводе и требует пустить его к “щенку” и позволить расспросить. Лорд Малфой желает сделать приготовления к вечернему мероприятию заблаговременно, поскольку у него, лорда Малфоя, аллергия на маггловскую кровь, и в случае, если мероприятие состоится, он должен своевременно принять свое зелье. Через час начинают появляться люди в масках, половину из которых Нарцисса не знает.
И она не выдерживает: подходит к кузену, садится на подоконник, заглядывает ему в лицо.
– Ты наложил Империо?
Сириус кивает. Нарцисса с облегчением выдыхает, сжимает его плечо и собирается отойти, когда он окликает ее:
– Цисси…
– Что?
– Я его снял.
В голосе Сириуса звенит отчаянье.
Темный Лорд будет в бешенстве. Надо предупредить остальных. И предотвратить истерику у Сириуса. А то с гриффиндорской горячностью юноши она причинит больше вреда, чем, собственно, его провал.
– Ты не смог справиться с ним? На то он и начальник штаба ауроров, чтобы всякие практиканты ничего не могли ему сделать. Лорд не может этого не сознавать.
– Сам Темный Лорд учил меня. Я победил аурора. Но проклятье снял. Сам. Я не могу. Это отвратительно. И я был с этими людьми две недели. Я не могу взять и так просто…
В Нарциссе закипает бешенство. Значит, с теми, с кем он был две недели, он не может. А со своей семьей – легко.
– Понятно.
– Ты не понимаешь. Там бы оказался Джеймс. И его бы убили, если бы сегодня атаковали Министерство.
– Поттер! Только и слышно от тебя: Поттер-Поттер-Поттер! И вот теперь… – Нарцисса от расстройства с трудом сдерживает возглас отчаяния, – Сириус, тебе надо уходить. Ты не сможешь обмануть Темного Лорда.
– Я и не собираюсь… К тому же я должен рассказать ему… Грюм почувствовал, как я освобождал его.
Салазар… почему? Неужели это наказание? За что? За то, что они защищают свой мир?
– Что он с тобой сделал?
– Налил мне зелье. И расспросил. Я не знаю, что это было, но я… рассказал все про то, что Лорд собирался сделать сегодня вечером. И еще многое.
– Он знает, что все соберутся здесь?
– Нет, – по лицу Сириуса мелькает подобие улыбки, – я все же смог обмануть зелье парой уклончивых ответов. А руки марать об меня он не стал.
– И ты хочешь сказать это Лорду?
– Он простит меня.
– Он никого не прощает. Ты предал его. И он тебя убьет.
Темный Лорд появляется точно в назначенное время. Взмахом руки отвечает на почтительные поклоны.
Сириус плюет на субординацию. Как всегда плевал. Подбегает первым и хватает Лорда за руку, но до губ не доносит, потому что голова его откидывается назад, а рот болезненно кривится. Нарцисса почти чувствует, как голову сдавливает тесным обручем – Темный Лорд читает Сириуса словно открытую книгу.
– Я виноват, – шепчет Сириус.
– Да.
Волдеморт вытаскивает ладонь из его рук. У Нарциссы перехватывает дыхание. Вальбурга вскрикивает. Но их опасения пока напрасны. Темный Лорд поворачивается к Пожирателям и сообщает просто:
– Мальчик предал нас. Всем следует отправиться по домам и временно затаиться.
Теперь на Сириуса направлено несколько десятков волшебных палочек. Нарцисса нащупывает свою – никто так просто не убьет ее брата, но сильные пальцы вжимают ее ладонь в рукав, где хранится палочка, не позволяя пошевелить рукой. В другой руке у Люциуса – волшебная палочка. Но между всеми ними и Сириусом стоит Темный Лорд. И отходить не собирается.
– Он не приносил мне клятву верности. И он ее не нарушил. Я позволяю ему уйти. С этого момента, если любой из вас встретит Сириуса Блэка, он должен его убить.
– Нет… – умоляет Сириус.
– Нет… – выдыхает Вальбурга и аппарирует к ногам Темного Лорда.
– Уходи.
– Накажи меня.
– Тебя не за что наказывать. Просто уходи.
– Но… вообще-то, это мой дом.
– Уходи, Сириус, – вдруг говорит Сигнус, которому на самом деле принадлежит дом. Пока принадлежит.
Глаза Нарциссы расширяются: ее отец не достал волшебную палочку, но смотрит на Сириуса холодно и отчужденно.
Тот переводит взгляд с одного лица на другое.
– Мама?
– Ты не мой сын. Мой сын не предал бы своего господина и свой мир. Уходи.
– Крестный… Ты всегда был на моей стороне…
– Только ты уже не на моей.
– Я не хочу этого выбора.
– Ты уже сделал его.
Темный Лорд обнимает его, в глазах у Сириуса на секунду вспыхивает радость, но потом он все понимает и стискивает Лорда, вжимаясь носом в плечо на те две секунды, которые проходят, прежде чем юноша исчезает.
– Круцио! – кричит Вальбурга. Нарциссе кажется, что проклятье не может сработать, но луч вонзается Лорду в грудь, и тот отшатывается, разве что не вскрикивает. У нее из руки вылетает волшебная палочка, а поперек щеки ложится след от Флагелло, произнесенного Темным Лордом.
– К тебе я не буду столь милосерден, – Лорд делает вид, что в бешенстве, а на самом деле, похоже, едва ли думает сейчас о чем-то еще, кроме того, как примут Сириуса в противном лагере. – Ты слышала мой приказ, женщина?
– Да, – шепчет утихомирившаяся Вальбурга.
– Ты исполнишь его?
– Да, господин.
– Сигнус? Беллатрикс? Нарцисса? Рудольфус? Люциус?
Лорд перечислил всех, у кого могло быть к мальчику личное отношение.
Ее брат или ее мир? Лорд не потерпит лжи.
Грязнокровки. Варвары. Гунны.
– Да, милорд.
* * *
К драклам. Нарцисса быстро надевает длинный плащ, призванный скрыть всю ее фигуру, и старомодное по маггловским меркам платье.
– Тинки! Маггловскую карту мне. Живо.
– Ты что надумала, Цисси?
– Я иду в маггловский район.
– Зачем?!
– Надо кое с кем поговорить.
– Мне не нравится выражение твоего лица.
– Ты помнишь Сириуса, Трикси? Ты убила его.
Лицо Беллатрикс каменеет.
– Любой должен был бы сделать это.
– Да. И я не хочу, чтобы это повторилось с Драко.
Конец
_______________________________
* Имя “Licius” является однокоренным с именем “Lucifer” – “Светоносный” (лат.), которое обозначало наименование появлявшейся утром и вечером планеты Венера, принимавшейся древними за утреннюю и вечернюю звезду, другие ее наименование – Веспер или Каллисто.