Название: Профиль (The Profile)
Автор: Barbarella
Переводчик: Мильва
Бета: Fly
Ссылка на оригинал: (http://www.livejournal.com/users/anal_cram_ink/18802.html)
Разрешение на перевод получено
Категория: slash
Пейринг: ГП/СС
Рейтинг: NC-17
Саммари: Наконец-то Гарри нашел того, кого искал :-р
Дисклеймер: Персонажи принадлежат Дж. К. Роулинг. (Я – не я, и лошадь не моя)
Предупреждение: Спойлеры к шестой книге.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

– Я профилиста привел. Пусть поболтает с этим говнюком.

М-да. У некоторых магглов потрясающий словарный запас.

Снейп повернулся к молоденькому полицейскому, с которым был скован наручниками.

– Что еще за "профилист"?

Парень вздрогнул от неожиданности, услышав вопрос арестованного, но быстро взял себя в руки, взглянул печальными карими глазами на Снейпа, на дверь, на выходящего из кабинета офицера, снова на дверь, снова на Снейпа и, наконец, на совершенно пустую столешницу.

– Хм. Кажется, психолог, или что-то типа того. Объясняет, что за людей нам надо искать.

– Но меня вы уже "нашли".

– Ага. Он и другие вещи делает. Разговаривает с подозреваемыми, которых мы арестовываем.

– Ясно. – Снейп кивнул, тряхнув длинными волосами.

В кабинет вернулся офицер в сопровождении предполагаемого "профилиста". Оба были увлечены разговором, и офицер почти полностью загораживал собеседника своей внушительной фигурой.

– Это он?

– Ага.

– И что же этот психолог будет со мной делать?

– Э... Просто поговорит. Наверное. Знаете, он вообще-то хороший специалист.

– Многих говнюков помог поймать?

Парень побледнел.

– Он хорошо делает свою работу, – повторил он.

Разговаривая с нервным юнцом, Снейп одновременно прислушивался к тихому голосу офицера, вводящего психолога в курс дела:

– Мы думаем, ему под сорок, вряд ли больше. Документов никаких нет, имя назвать отказывается. Взяли его после звонка из дешевого отеля, где он живет. Управляющий заявил, что он полный псих и любит пугать народ, строя из себя какого-то колдуна. Похоже, все, кто с ним знаком, боятся его до усрачки. А после этих недавних убийств... в общем, люди сразу же начинают стучать на всяких подозрительных уродов. Как всегда. Но в этом типе что-то есть. Сам не пойму, что именно, Принц, но вы-то наверняка что-нибудь найдете, когда пороетесь в его уродливой башке.

– Отведите его в третий кабинет, – ответил хриплый голос. – И отстегните от него этого бедного мальчика.

– Вы знаете, что в третьем нет двустороннего зеркала? Дать вам охрану?

– Не-а. Можете приковать его к столу, если хотите. А я пока схожу за кофе.

Снейп повернул голову, чтобы взглянуть на охрипшего психолога, но успел заметить только черную фигуру с лысым затылком. Что ж, скоро они встретятся. Еще успеют насмотреться друг на друга.

– Встать! – рявкнул офицер, подойдя к столу. Молодой полицейский вздрогнул. Снейп - нет.

* * *

Его провели по грязному коридору, где каждый кабинет казался еще мрачнее, чем предыдущий. Наконец перед ним распахнули дверь с огромной цифрой три. Наручники, сковывавшие его с нервным юношей, расстегнули, свободный браслет надели на металлическую ножку стола и замкнули снова. Снейп уселся на холодный и неудобный стальной стул, спиной к двери. На столе не было ничего кроме круглой металлической пепельницы. Стену украшали лишь большие часы. Прошло еще несколько минут, прежде чем хриплый голос приказал молодому полицейскому уйти, и дверь с большой цифрой три захлопнулась. Снейп смотрел прямо перед собой на пустую стену.

– Это обычный полицейский участок. – Голос звучал так, как будто психолог страдал то ли от ужасной ангины, то ли от последствий множественных травм гортани.

– Я редко бываю в подобных местах, – ответил Снейп, обращаясь к стене.

– А это обычные наручники. С примитивным блокирующим механизмом.

Снейп даже не взглянул на хромированный браслет.

– Понятно. – Он чувствовал запах ужасного маггловского кофе. Слышал неторопливые шаги по кабинету.

– Вам объяснили, в чем будет заключаться моя работа?

– Вы, по-видимому, психолог?

– Да.

– Мне сказали, что вы хороший специалист.

Невеселый горловой смех был больше похож на кашель.

– Про меня говорят, что я умею читать мысли.

Еще пара шагов, и теперь Снейп смог увидеть психолога краем глаза. Он был довольно высоким, хотя и чуть ниже Снейпа. Широкоплечим, с мускулистой, но стройной фигурой; скорее его можно было назвать поджарым. Первое впечатление оказалось ошибочным: психолог был не лысым, а обритым наголо, по-видимому, пару недель назад, и теперь его голову покрывала короткая темная щетина. На нем были очки, поношенные высокие ботинки, черные джинсы и черная кожаная куртка. Снейп мог бы повернуть голову и присмотреться получше, но решил дождаться, пока психолог сам подойдет к нему и сядет напротив. Что-что, а ждать Снейп умел.

– Почему вы не аппарировали? – Только отточенное годами умение контролировать свои чувства помогло Снейпу скрыть удивление. – И понять не могу, что вам мешает сделать это сейчас.

Психолог поставил на стол бумажный стаканчик с дурно пахнущим кофе, опустился на стальной стул и взглянул на Снейпа ярко-зелеными глазами из-за круглых стекол очков. Снейп невольно дернул рукой, и звяканье наручников показалось слишком громким в тихой и мрачной комнате.

– Полицейский, который меня арестовал, назвал вас Принцем.

– Верно. Я сменил фамилию на Принц, когда поступил в университет.

– Значит, Гарри Поттера больше нет?

Психолог покачал бритой головой.

– Да, уже несколько лет

– И вы из прихоти, – осклабился Снейп, – взяли себе фамилию моей матери?

– Это не было прихотью, Снейп, – Гарри положил ногу на ногу и полез во внутренний карман куртки за сигаретами. Снейп смотрел, как он вытаскивает сигарету из портсигара, постукивает ею по крышке, а потом засовывает в рот и ловким движением руки подносит к ней огонек зажигалки.

– Вы приобрели эту отвратительную маггловскую привычку?

Гарри положил портсигар и зажигалку на стол, выдохнул облако дыма и кивнул.

– Хотите?

Снейп поджал губы.

– Спасибо, не надо. Я вижу, как это отразилось на вашем голосе, а я своим голосом дорожу.

Снова этот мрачный полусмех-полукашель.

– Вы думаете, это из-за курения? – Гарри покачал головой. – Когда вам поджигают голосовые связки, а рядом нет ни колдомедика, ни мастера зелий... Несколько лет назад было гораздо хуже. Хотя в это трудно поверить.

– И каким еще маггловским порокам вы подвержены, Поттер? – Ответом был выразительный взгляд зеленых глаз. – Я вас умоляю. Неужели вы ожидали, что я стану называть вас девичьей фамилией моей матери?

– Теперь это моя фамилия, Снейп. Но вы можете называть меня по имени.

– Ни за что. Я никогда не смог бы обращаться к вам с подобной фамильярностью.

Гарри затянулся, пытаясь скрыть улыбку.

– Вы так и не ответили на мой вопрос. Почему вы не аппарировали во время ареста? Или сейчас, если на то пошло? Вы утратили свои магические способности?

– А может, мне хотелось посмотреть на работу знаменитой полиции Лондона изнутри? – огрызнулся Снейп.

Гарри обвел взглядом комнату.

– Надеюсь, вы понимаете, что Шерлок Холмс был вымышленным персонажем?

– Почему меня арестовали?

Гарри пристально посмотрел на него.

– Вас кое в чем подозревают.

– В чем же?

– Они и сами не знают. Поэтому весь следующий час вы будете в моем распоряжении.

– Целый час?! – Снейп насмешливо выгнул бровь. – И мы найдем, о чем говорить в течение целого часа?

Гарри выдохнул облако голубоватого дыма.

– За последние три месяца были убиты пять человек, и все в получасе ходьбы от отеля, где вы живете. Люди нервничают, подозревают друг друга. Обо всем... необычном перепуганные соседи сразу доносят в полицию.

– И у полиции хватает сил реагировать на доносы всех нервных, подозрительных, перепуганных магглов?

Гарри фыркнул.

– Это вряд ли. Но когда они видят человека, более странного, чем остальные, дело обычно кончается беседой с психологом.

– А вы очень хороший специалист?

– Ага.

– Настолько хороший, что о вас ходят слухи, будто вы умеете читать мысли?

– Ага.

– Значит, вы наконец-то освоили легилименцию?

Вот теперь Гарри улыбнулся широко и открыто:

– Ага.

– Полезное умение при вашей профессии. Ну что ж. Не надо держать меня в неведении, мистер Поттер. Ответьте мне, я тот, кого вы искали?

Снейп увидел, как сощурились зеленые глаза.

– Да, – тихо сказал Гарри. – И нет.

– Я думал, Поттер, это достаточно легкий вопрос. Убийца я или нет?

– Я думаю, вы убийца.

Снейп свободной рукой отбросил волосы с лица.

– Пять мертвых магглов в получасе ходьбы от моего места жительства?

– Нет, их убили не вы.

– Ясно. Значит, мы вернулись к старой теме?

– Мы от нее не уходили, Снейп.

– Хотите довести дело до драки? Между прочим, у меня нет при себе палочки.

Гарри в последний раз затянулся сигаретой и ткнул окурком в стоящую на столе пепельницу.

– Сколько вам лет?

Снейп удивленно моргнул.

– Не понял?

– Сколько вам сейчас лет? Мне скоро исполнится двадцать шесть, значит, сколько должно быть вам? Сорок пять, да?

– К чему вы клоните?

– К тому, что вы совсем не изменились. Разве что немного похудели. Но по-прежнему ни одного седого волоса. Или для этого есть специальные зелья?

– Мы стареем не так, как магглы, Поттер. Даже вы должны были понять это давным-давно.

– Но я все равно удивляюсь, когда вижу это собственными глазами. Вам не мешало бы отъесться как следует, Снейп. Но в остальном... вы выглядите не так уж плохо.

Снейп с невозмутимым видом обдумал замечание Поттера. Что паршивец хочет этим сказать?

– В то время как вы, – усмехнулся он, – уже утратили очарование юности.

– Почему вас это волнует?

– Это всего лишь оборот речи, Поттер, не принимайте близко к сердцу.

– Ваши слова? – ухмыльнулся паршивец. – Вы бы не захотели пережить то, что пережил я.

– О боже. Считаете себя умудренным жизненным опытом?

Зеленые глаза Гарри вспыхнули.

– Я многое сделал и многое повидал.

– Да уж, многое, судя по тому, какой потасканный у вас вид.

Хриплый смешок перешел в настоящий приступ кашля.

– Вы никогда не могли относиться ко мне по-человечески, да?

– Да. Не мог.

– Не могли? Или не хотели?

– И то, и другое.

– Знаете, а ведь было время, когда я вам сочувствовал.

– Прямо бальзам мне на душу.

– Когда на пятом курсе, – продолжил Гарри, пропустив иронический комментарий Снейпа мимо ушей, – я заглянул к вам в думоотвод.

– Ну да. Так сильно посочувствовал, что несмотря на угрозу исключения из школы попытался расспросить своего блохастого крестного о милом Джеймсе. Все это, Поттер, касалось только вас и вашего папаши, причисленного к лику святых. А я оказался замешанным в это дело по чистой случайности.

– Вы знали, что я расспрашивал Сириуса?

Снейп закатил глаза.

– Я состоял с ним и с Люпином в одном тайном обществе, если вы помните...

– И вы разговаривали обо мне?

– Две ваши комнатные собачонки только о вас и лаяли.

Гарри скрестил руки на груди.

– Знаете, дело не только в моих чувствах к отцу. Я действительно сочувствовал вам. По крайней мере, вам пятнадцатилетнему.

– Я... заметил.

– То есть?

– Я не мог обращаться с вами по-человечески, Поттер. И не мог позволить, чтобы ваше отношение ко мне изменилось к лучшему.

Гарри растерянно уставился на Снейпа.

– Не понимаю.

– Вы в самом деле получили диплом психолога?

Гарри наклонился вперед и придвинул стул ближе к столу.

– А вы, правда, знали, что я сочувствовал вам? Но почему ничего не сказали? Почему не...

– Не изменил своего отношения к вам? – рявкнул Снейп. – Кажется, я объяснил это пару секунд назад.

– Значит, надо лучше объяснять.

– А в этом заведении мне хотя бы чай подадут?

Гарри окинул его сердитым взглядом, встал, подошел к двери и широко ее распахнул.

– Трэвис! – крикнул он. – Принесите, пожалуйста, две чашки чая! С молоком! Без сахара! Большие чашки! И побыстрее!

– Да, мистер Принц, – донесся голос из коридора.

Гарри, оставив дверь открытой, вернулся к столу, сел и положил ногу на ногу. Явно пытаясь чем-то занять себя в ожидании чая, он вытащил сигарету из портсигара и закурил снова. Через минуту, когда в комнату вошел Трэвис с двумя чашками, Гарри затушил недокуренную сигарету и поблагодарил полицейского. Он подождал, пока Трэвис закроет за собой дверь и отойдет на приличное расстояние.

– Так что за чушь вы несли об улучшении отношений?

– Что? По-вашему, это чушь? Разве не вы признались, что сочувствовали мне?

– Да, признался! Не морочьте мне голову и объясните!

Снейп театрально вздохнул, хлебнул чая и пустился в объяснения с таким видом, словно общался с шестилетним ребенком.

– Я поместил то воспоминание в думоотвод вместе с несколькими остальными, чтобы вы не смогли случайно его увидеть во время уроков окклюменции.

– Да, я помню.

– Но для чего я это сделал, Поттер?

– Вы же сказали – чтобы я не мог их увидеть.

Снейп не удержался и снова закатил глаза.

– Почему я не хотел, чтобы вы их увидели?

– Потому что... они были личными?

– Все мои воспоминания личные, идиот! Почему я не хотел, чтобы вы увидели именно это воспоминание?

Вот теперь в зеленых глазах Гарри появилось что-то, напоминающее о нем прежнем, какое-то подростковое бунтарство, знакомое Снейпу со школьных времен.

– Потому что вы, наверное, его стыдились. Оно достаточно унизительно...

– Потому что именно это воспоминание могло вызвать у вас сочувствие ко мне, и вы, в свои пятнадцать лет, могли отреагировать на него особенно остро. А ведь будь у вас больше времени, вы бы наверняка просмотрели и остальные.

– Но это же полная дурь!

– Не понял?

– Это же хорошо, что я его увидел! Скажете, нет? Хорошо, что я почувствовал сходство с вами, хоть на минутку. Хоть на какое-то время я перестал ненавидеть вас так, как раньше.

– Ваше отношение ко мне изменилось к лучшему. Но нам удалось это исправить.

Гарри сдернул с себя очки, потер пальцами левое веко и снова нацепил их себе на нос.

– Но что в этом такого ужасного? Вот что я не могу понять.

– В то время Темный Лорд пользовался вашим шрамом как камерой наблюдения, Поттер. Наша вражда сохранила жизнь нам обоим. Как долго, по-вашему, я продержался бы в этом лагере, если бы он увидел, как вы проникаетесь ко мне сочувствием, – Снейп позволил себе еще одну ухмылку, – начинаете мне симпатизировать?

– Хм. Это в принципе невозможно!

– Вот именно. А почему, скажите на милость? Потому что у нас с вами нет ничего общего? Потому что мы совершенно разные люди? Нет. Потому что я не обращался с вами по-человечески и не допускал, чтобы ваше отношение ко мне изменилось к лучшему.

Наконец-то в глазах Гарри мелькнуло понимание.

– Значит, вы делали это нарочно, ради меня. А я вечно умудрялся все испортить.

– Я делал это "нарочно", потому что этого требовали обстоятельства. Так уж они сложились. Я делал то, что должен был сделать.

Гарри медленно кивнул, помрачнев.

– А у вас очень хорошо получается делать то, что вы должны сделать. Да?

– Вы снова об этом?

Гарри пожал плечами и взял чашку с чаем. Молчание длилось несколько минут. Снейп то отхлебывал чай, то поглядывал на часы, украдкой рассматривая своего бывшего студента. Портсигар оказался обтянутым драконьей кожей, а зажигалка, судя по надписи, была украдена из ислингтонского паба. Знаменитый шрам на лбу побледнел и стал почти незаметным. В левое ухо вдето простое серебряное колечко, других украшений нет. Простенькая авторучка в нагрудном кармане кожаной куртки, – по-видимому, волшебная палочка, трансфигурированная для повседневного применения. Самое любопытное, что на левой руке у основания большого пальца вытатуирована крохотная черная змейка.

– Чтобы было с кем поговорить на парселтанге, – неожиданно произнес Гарри. – Удобно, когда собеседник всегда под рукой.

– В буквальном смысле.

Очередная искренняя улыбка.

– Ну да.

– Кстати, – вздохнул Снейп. – У меня на левой руке тоже есть змейка, только пользы от нее поменьше, чем от вашей.

– Все так же шутите.

– "Все так же", мистер Поттер?

– Вы шутили. Иногда. Когда я учился в школе.

– Да ну?

– Ага. Конечно, в то время я вашего юмора не понимал. Но сейчас, вспоминая... Кстати, когда вы в последний раз занимались сексом?

– Я не отвечаю на такие вопросы.

– В этом кабинете, Снейп, вы обязаны отвечать.

– Разве моя сексуальная жизнь имеет хоть какое-то отношение к вашему расследованию?

– Когда я составляю психологический профиль, для меня важно все.

– Тогда почему бы вам не использовать легилименцию? Вот и увидите все, что нужно для вашего так называемого "профиля". Почему бы вам просто не покопаться в чужих мозгах?

Гарри наклонился вперед, его лицо стало тверже.

– Покопаться в мозгах у вас? У одного из лучших окклюментов? Не стану и пробовать.

– Гарри Поттер сдается без борьбы? И даже не впадает в ярость?

– Ну хорошо, я могу швырнуть в вас пепельницей! Всегда готов услужить человеку, который видит во мне только плохое!

– Вы, наверное, многое испытали в жизни.

– Старый хрен!

– Возвращаемся к теме моей сексуальной жизни?

Снейп так и не понял, был ли следующий звук, который издал Гарри, хриплым смехом или настоящим кашлем. Гарри взял со стола портсигар и зажигалку, убрал их во внутренний карман и выразительно взглянул на Снейпа.

– Разговор окончен.

– Как быстро пролетел ваш час, Поттер.

– Обычно я управляюсь с подозреваемыми меньше чем за час.

– Потому что вы очень хороший специалист.

Гарри поморщился.

– Да, это так. – Он встал, с неприятным скрежетом отодвинув стул от стола. – Приятно было с вами увидеться, Снейп. Берегите себя, хорошо? – У паршивца хватило наглости похлопать Снейпа по плечу на прощание.

Снейп сидел, глядя прямо перед собой на голую стену, и прислушивался к доносящимся из коридора голосам.

– Это не маньяк, которого вы ищете.

– Вы уверены, Принц?

– Разве я когда-нибудь ошибался?

– И что нам с ним делать?

– Наверное, отпустить.

* * *

Из-за возни с бумагами и бюрократических проволочек Снейпа продержали в знаменитой Лондонской полиции еще три с половиной часа, а лишь затем отдали личные вещи и отпустили подобру-поздорову. Он свернул в ближайший переулок и аппарировал к отелю.

Бэллиуик, управляющий, проводил Снейпа плутоватым взглядом, когда тот через фойе прошел к лестнице, застеленной затоптанным ковром. Зато теперь Снейп точно знал, кто донес на него в полицию.

* * *

В десять часов вечера того же дня Снейп настолько не ожидал услышать стук в дверь, что первым его побуждением было схватиться за палочку. Открыв дверь и увидев своего гостя, он сжал палочку еще крепче.

– Поттер.

– Вы убили его.

– Опять та же тема?

В одной руке Гарри держал мотоциклетный шлем, в другой - черную кожаную сумку. Он приподнял ее повыше.

– Я принес вино.

– Хорошее?

– Превосходное.

– Тогда заходите.

Гарри вошел и сразу же положил шлем на комод.

– Здесь мило, – заметил он, обведя взглядом жалкую комнату со скудной меблировкой.

– Не говорите глупостей. – Снейп взял два обычных стакана из шкафчика над раковиной, который Бэллиуик имел наглость называть "кухонным гарнитуром". – Красное или белое?

– Что? Ах, да, красное.

Снейп поставил стаканы на стол и взмахнул палочкой, превратив их в округлые бокалы с широким дном и длинной ножкой, идеально подходящие для красного вина. Пока он открывал бутылку, Поттер снял тяжелую кожаную куртку и перчатки, сунул перчатки в шлем, а куртку бросил на продавленную кровать.

– Ну надо же! – воскликнул он, подойдя к Снейпу. – Я вас по росту почти догнал!

– Естественно. А если бы вы сохранили старую прическу а-ля воронье гнездо, то казались бы выше еще на пару дюймов.

Гарри взял из рук Снейпа бокал с вином.

– Зато я нашел способ усмирить свои волосы.

– Скорее искоренить, чем усмирить.

– Вы правы. – Гарри плюхнулся на стул с прямой спинкой, стоящий возле стола. – Ваше здоровье. – Он одним махом ополовинил бокал.

Снейп аккуратно опустился на второй стул.

– Ваше здоровье, – пробормотал он и сделал глоток. Гарри не ошибся с выбором. – Откуда вы узнали...

– Адрес был в вашем личном деле.

– Естественно. Но откуда вы узнали, что я останусь здесь?

– Я не знал. Попробовал наугад.

– Можно спросить, почему?

– Могли бы и не спрашивать. Я сам не знаю.

Минуты тянулись в молчании. Гарри, ничуть не смущаясь, разглядывал содержимое комнаты: дорожный сундук Снейпа и принадлежности для зельеварения, книжную полку Снейпа, кровать Снейпа, лицо Снейпа. С первым бокалом было покончено, и Снейп как раз собирался налить по второй, когда Гарри полез в карман за сигаретами.

– Я бы предпочел, чтобы вы этого не делали, Поттер.

– В отеле запрещено курить?

– Понятия не имею, и меня это не волнует. Но я хотел бы завтра утром различать запахи зелий. – Снейп поднял бокал. – А сегодня – аромат вина.

Гарри убрал портсигар.

– Извините.

– Вы просите прощения? Я не ослышался? Мальчик-Который-Выжил извинился передо мной?

– Не называйте меня так.

О, мы по-прежнему умеем надувать губки...

– И как же теперь называют вас ваши поклонники? Мужчиной-Который-Выжил? Величайшим Психологом Англии? Избранным Полицейским?

– Когда вы в последний раз занимались сексом?

– Я не отвечаю на такие вопросы.

Гарри поднес бокал к губам и залпом выпил.

– Вы никогда не могли относиться ко мне по-человечески.

– Я думаю, вам лучше уйти, Поттер.

* * *

Если в первый раз Снейп и удивился неожиданному визиту Гарри, то на следующий вечер, услышав в десять часов знакомый стук, он был просто в шоке. Но все-таки сумел скрыть свое потрясение, когда увидел на пороге Гарри Поттера в той же кожаной куртке, со шлемом и черной сумкой в руках.

– Поттер.

– Вы убили его.

– Опять та же тема?

– Я принес виски.

– Хороший?

– Неплохой.

– Тогда заходите.

Второй вечер подряд два обычных стакана превращались в нечто иное: на этот раз в невысокие стаканы с толстым дном, предназначенные для виски. Как и накануне, Гарри положил шлем и перчатки на комод, куртку – на продавленную кровать, а сам уселся за стол.

– Я больше не общаюсь с ними. С бывшими одноклассниками. Только с Невиллом.

– Лонгботтом все там же?

– Ага. Я на него ссылался как на эксперта в области биологии. Его даже несколько раз привлекали к расследованию.

– То есть, в вашей жизни не осталось ни одного Уизли?

Зеленые глаза за стеклами очков потемнели.

– Нет. Я присматриваю за близнецами, хотя они об этом не знают.

– Не удивлюсь, если окажется, что они знают о вашей слежке, только вам об этом знать не дают.

Гарри поднес стакан к губам, скрывая улыбку.

– Возможно.

– Как идет расследование убийств?

– Я не имею права сообщать вам эту информацию.

– Значит, следствие в тупике?

Гарри пристально взглянул на Снейпа.

– Да.

Некоторое время они пили в уютном молчании. Гарри пару раз собирался достать сигареты, но вовремя вспоминал, что этого делать не следует.

– А ваша Метка тоже побледнела? После... ну... его смерти?

– Подобно вашему шраму?

– Угу.

Снейп расстегнул левый манжет, завернул рукав рубашки и взглянул на Гарри, выгнув бровь.

– Такая, как была, – с некоторым отвращением пробормотал Гарри, и Снейп быстро поправил рукав.

– Поэтому вы стали брить голову? Когда шрам стал незаметным, вам уже не нужно было прикрывать его своими лохмами?

Ага, вот она – настоящая улыбка! Похоже, в последние дни Гарри редко приходилось улыбаться.

– Это одна из причин, – ответил Гарри. – А кроме того, теперь мне не приходится волноваться, что шлем испортит прическу.

– По-моему, вашу прическу нельзя было испортить ничем.

– Когда вы в последний раз занимались сексом?

– Я не отвечаю на такие вопросы. И думаю, вам лучше уйти.

* * *

На третий день в десять часов вечера в дверь никто не постучал. Снейп читал Джейн Остин, и ему было все равно. Но в шестнадцать минут двенадцатого Гарри снова возник у него на пороге со шлемом в одной руке и сумкой в другой.

– Вы убили его.

– Опять та же тема?

– Я принес водку.

– Хорошую?

– Так себе.

– Тогда заходите.

Шлем и перчатки на комоде, куртка на продавленной кровати, Гарри за столом. Два обычных стакана трансфигурированы в рюмки.

– Простите, что опоздал.

– Опоздал? К чему опоздал?

– К продолжению работы по составлению вашего профиля.

– Кто бы мог подумать, что вы превратитесь в трудоголика.

– Не всем удается так рано найти свое призвание, как вам, Снейп.

Снейп высокомерно фыркнул и опрокинул рюмку. Дождавшись, пока Гарри выпьет свою порцию, он налил по второй.

– Думаю, мне следует спросить у вас, на каком мотоцикле вы ездите. Вы, рокеры, любите хвастаться своими машинами.

Раздался хриплый смешок.

– Мотоцикл марки "Нортон".

– Как по-английски! Зеленый, я полагаю?

– Черный.

– Не менее прозаично. – Снейп налил по третьей. – Летать он, конечно, не может?

– Не может.

– А метла не ревнует?

– Я сто лет не летал на метле.

– Да? И даже не участвовал в любительских квиддичных матчах по субботам, чтобы согнать жирок с живота и продемонстрировать свою спортивную форму?

Гарри попытался положить ногу на ногу, обнаружил, что низкий стол ему этого не позволяет, и слегка повернулся, чтобы все-таки усесться в любимую позу.

– Я не играл в квиддич с шестого курса.

– У вас хорошо получалось.

– Я знаю. Но были дела поважнее.

– Я знаю. Но мы с ним отняли у вас целый год вашего драгоценного времени.

– Значит, вы это понимаете.

Рюмки наполнились снова. Снейп и Гарри в молчании выпили еще по одной.

Гарри снова подмигнул Снейпу:

– Так когда вы в последний раз занимались сексом?

– Я думаю, вам лучше уйти, Поттер.

* * *

– Вы убили его.

– Опять та же тема?

– Я принес текилу.

– Хорошую?

– Отвратительную.

– Тогда заходите.

Комод, продавленная кровать, стол. Два обычных стакана превращаются в высокие стопки для текилы из матированного стекла.

– Вы объясните мне, чем я заслужил счастье общения с вами на протяжении четырех вечеров подряд?

– Скажу, когда мы ополовиним бутылку.

– Не говорите "гоп", пока не перепрыгнете.

После половины бутылки отвратительной текилы Снейп все так же сидел на стуле, словно аршин проглотив, а Гарри медленно, но неуклонно сползал под стол.

– У теб-бя не найдется для меня отрезв-вляющего зелья, когда я соб-берусь уходить?

– И лишить твой мотоцикл удовольствия доставить пьяного хозяина домой?

– Я останусь ночевать здесь.

– Даже не надейся.

– Отель это или где? Я сниму комнату.

Снейп отбросил волосы с лица.

– Твое дело.

– Заткнись и наливай.

– Ты так очарователен, когда напиваешься, Поттер.

– Иди на хрен!

– Я думаю, тебе лучше уйти.

* * *

На пятую ночь где-то после полуночи Снейп дочитал роман Джейн Остин и улегся в постель трезвым и никем не потревоженным.

* * *

– Ты убил его.

Снейп тяжело вздохнул.

– Опять та же тема?

– Я принес огневиски.

– Хороший?

– Полное дерьмо.

– Тогда заходи.

Комод, продавленная кровать, стол. Два обычных стакана остаются двумя обычными стаканами.

– Между прочим, сегодня мы поймали убийцу.

– То-то я смотрю, Бэллиуика за стойкой нет.

– Ты знал, что это он?

– Подозревал.

– А почему ничего не сказал?

– Так ты же эксперт, а не я, Поттер.

– Ты невыносим.

– А ты такой же тугодум, несмотря на весь свой жизненный опыт.

Пару минут они пили в молчании. Затем в порыве, по мнению Снейпа, вызванном излишней нервозностью, Гарри достал сигареты, сунул одну из них в рот, но потом опомнился и снова вытащил изо рта.

– Я кое-что хотел тебе сказать.

Снейп отодвинул стакан.

– Так я и думал.

– Дамблдор кое-что мне оставил. По завещанию.

– Не тебе одному.

Гарри взглянул на Снейпа и снова отвел глаза.

– Да... наверное.

Снейп снова наполнил стаканы.

– Так что же он тебе завещал?

– Бутылки.

– Бутылки?

– Маленькие бутылочки. С воспоминаниями.

– Ах, эти.

– Хочешь узнать, что в них было? В смысле, в воспоминаниях?

– Могу догадаться. – Снейп посмотрел на бледное лицо Гарри, казавшееся слишком старым из-за пережитых в юности потрясений и неудачной прически.

– Он заставил тебя дать клятву.

– И тебе понадобилось шесть вечеров, чтобы это сказать? Да, Поттер.

– Ты не хотел это делать.

– Конечно, я бы предпочел без этого обойтись.

– А я назвал тебя трусом.

– Наша вражда сохранила жизнь нам обоим.

– Я беру свои слова назад.

– Правда?

– Когда ты в последний раз занимался сексом?

Снейп посмотрел Гарри в глаза.

– До того, как ты в последний раз сыграл в квиддич.

Гарри кивнул и допил огневиски. Когда этот паршивец встал, у него еще хватило наглости потянуть Снейпа за рукав.

– Хватит. Иди сюда. – Он заставил его встать из-за стола и повел к кровати.

– Она продавленная.

– Ну и что?

– Убери свою куртку.

– Сам убирай.

На этой кровати и одному-то было неудобно. Зато двоим – прямо рай в шалаше. Похоже на драку: двое мужчин, равных друг другу по силе, охвачены чувствами, не поддающимися контролю.

Гарри сорвал с себя рубашку, бросил ее на пол, и склонился над Снейпом. Его твердая грудь была покрыта редкими волосками, на левой стороне вытатуирован цветной феникс.

– Красивая картинка, Поттер.

Гарри широко улыбнулся.

– Давай-ка на тебя поглядим. – Бледные руки скользят по груди Снейпа, ловкие пальцы расстегивают пуговицу за пуговицей. Когда эти пальцы прикоснулись к его груди, Снейп еле сдержался, чтобы не ахнуть: они казались ледяными и обжигающими одновременно. Гарри провел подушечками больших пальцев по соскам Снейпа, погладил ладонями ребра, опустил голову и потерся лицом о впалый живот. Когда Гарри расстегнул брюки Снейпа и помог ему перевернуться на живот, его зеленые глаза потемнели от страсти.

Снейп приподнялся, чтобы Гарри мог стащить с него брюки. Когда Гарри соскользнул с кровати и начал рыться в карманах куртки, Снейпу захотелось выругать его последними словами. Он уткнулся лицом в подушку и мысленно обозвал себя старым дураком. Что он делает? Зачем он это делает? Но тут пружины заскрипели, потому что Гарри снова залез на кровать: джинсов на нем уже не было, и два его пальца оказались скользкими и чересчур любопытными, а Снейп почти успел забыть это ощущение...

– Дыши, Снейп.

Легче сказать, чем сделать, когда твое лицо прижато к пыльной гостиничной подушке, и твою задницу растягивают впервые за последние десять лет. Снейп повернул голову набок и вдохнул запах Гарри и огневиски, любриканта и пропахшей бензином кожи. К двум пальцам добавился третий.

– Вот так.

– Я не кисейная барышня, Поттер.

Хриплый смех.

– Правда? Ну ладно. – Пальцы втиснулись в его задницу. Снейп зажмурился. Лучше этого может быть только одно. Он приподнял бедра, и Гарри прижался к нему, вводя пальцы еще глубже.

– Думаешь, ты готов? У меня не то чтобы слишком большой, но...

Снейп фыркнул в подушку.

– Ты только в высоту и вырос, вундеркинд? – Пальцы исчезли и на их месте оказалось нечто иное.

– У тебя есть последняя возможность сказать, чтобы я валил отсюда нафиг, Снейп.

– Поттер?

– Да?

– Валяй.

Гарри подождал две, может быть, три секунды, убедился, что слово "отсюда" не прозвучит, схватил Снейпа за бедра и вошел в него.

– Скажи, если я сделаю тебе больно, – прозвучал хриплый голос.

– Ты узнаешь. Я так тебя прокляну, что ты в окно вылетишь.

– Значит, если я еще в тебе, то все в порядке?

– Продолжал бы ты лучше, Поттер.

– Понимаешь... я ведь тоже давно не трахался. Наверное, навыки растерял.

Снейп почувствовал, что Гарри вошел в него по самые яйца.

– Поттер?

– Да.

– У тебя прекрасно получается.

Гарри был на нем, татуированная грудь Гарри прижималась к его спине, руки Гарри упирались в матрас по обе стороны от него, бледные пальцы вжимались в пожелтевшую гостиничную простыню.

– Мммм, – произнес хриплый голос, а затем Гарри начал двигаться, двигаться в нем. Жесткие влажные волосы терлись о его задницу, дыхание с запахом огневиски согревало ему щеку, плоская грудь прижималась к его спине, его трахал мужчина.

– Сильнее, Поттер.

– Ага. – Гарри встал на колени и заставил Снейпа приподняться на четвереньки.

Снейп снова уткнулся лицом в подушку, отдаваясь своему единственному бывшему студенту, у которого хватило наглости его оттрахать. Единственному, у которого хватило смелости предположить, что Снейп этого хочет. Единственному, который знал Снейпа достаточно хорошо, чтобы понять, что ему это нужно.

И какой же это был трах! Прикосновения, скользящие и обжигающие, трение кожи о кожу – все то, о чем Снейп и в самом деле забыл... Сокращения и дрожь напряженных мышц... Все эти охи-вздохи и хриплые стоны, настойчивость и нежность, грязнейшие из ругательств, которые казались ласковыми, потому что произносились шепотом, а не на крике...

– Давай, Снейп.

Снейпу нравилось, когда Гарри обращался к нему таким голосом. Он двигал бедрами в одном ритме с толчками Гарри. Им было хорошо. Лучше, чем когда они сражались с помощью палочек или слов.

Рука на его члене... Конечно, Гарри сделал бы это, хотя Снейп и не ожидал от него подобной любезности. Гарри со стоном склонился над ним, уткнувшись губами в его плечо, и член Снейпа становился все тверже, и вот они, Гарри и Снейп, в громко протестующей кровати кончают друг для друга впервые за сколько лет?

Этой ночью шлем и перчатки остались лежать на комоде. Кожаная куртка осталась там, куда ее сбросили: на полу.

* * *

– А я-то думал, Снейп, лучшее, что ты можешь делать своим языком – это говорить.

– У меня много талантов, о которых ты даже не подозреваешь, Поттер.

– Иди сюда.

Снейп улегся рядом с Гарри, неожиданно разговорчивым после минета. Устроился поудобнее и посмотрел в зеленые-презеленые глаза. Наверное, их лица никогда еще не были так близко, и психолог не мог не отметить этот примечательный факт.

– Только мы с тобой могли провести вместе такую ночь и ни разу не поцеловаться.

Снейп не отвел взгляда.

– Хочешь, я тебя поцелую?

– А когда ты в последний раз целовался?

– До того, как ты в последний раз сыграл в квиддич.

– Значит, ты давно не практиковался.

– Вот именно. К тому же у меня во рту вкус твоего вчерашнего огневиски и сегодняшней спермы.

– Поцелуй меня, Снейп.

Сухие губы. Мешающие носы. Столкновение зубов. Пляска языков. Щеки и подбородки в утренней колючей щетине. В жизни Снейпа не было более прекрасного поцелуя.

– Ты давно не практиковался, – пробормотал Гарри.

– Думаю, да.

– Поцелуй меня еще раз.

* * *

– В этой гостинице нет обслуживания в номерах? – Гарри передал Снейпу две чашки с чаем, влез в постель, и забрал одну чашку себе. – Ну, не смотри на меня так. Я знаю, что сказал глупость.

– Можешь заказать еду в какой-нибудь забегаловке.

– Не могу представить тебя с куском пиццы.

– Не могу представить тебя на мотоцикле.

– А я не мог представить тебя сосущим мой член.

– Я не мог представить тебя сосущим мой нос.

Гарри так заржал, что закашлялся и облился чаем.

– Прости.

– Ты же на себя все вылил, Поттер, так что к чему извиняться?

– Нет, я извиняюсь из-за той фигни с носом. Я понимаю, это выглядело странно.

– Не страннее того факта, что ты затащил меня в постель. Все дальнейшие события были всего лишь последствиями.

– Что странного в том, что я затащил тебя в постель?

– Я убил его.

– Опять та же тема?

– Мы от нее не уходили, Поттер.

Этот миг казался бесконечным – миг, за который были заново прожиты ужасные события, приведшие к поцелую в таком ужасном отеле.

– Почему ты взял имя моей матери?

– Ты изменил мою жизнь, Снейп.

– Тем хуже для тебя.

– Вредничаешь?

– Возможно. Мне это свойственно.

– Мне очень нравится твой профиль. Ради него я готов терпеть твое "жизнерадостное" поведение.

– Ах, профиль. Ты закончил его составлять? И каков диагноз? Социопатия?

– Не тот профиль. – Гарри свободной рукой взял Снейп за подбородок и заставил его повернуть голову. – Вот, этот профиль. – Палец Гарри прикоснулся к линии роста волос, скользнул вниз по пересеченному морщиной лбу, крючковатому носу, тонким губам, подбородку, до самой впадины у основания горла. – Этот профиль, – снова прозвучал хриплый голос, на этот раз еще мягче.

– Поттер...

– Ты можешь называть меня Гарри.

– Я не мог обращаться с тобой по-человечески, Гарри.

– Не мог, да. Но сейчас ведь можешь?

– И позволить, чтобы твои чувства ко мне изменились к лучшему?

– Конечно.

Конец